Thomas Hedlund — интервью журналу Modern Drummer (2013)

Thomas Hedlund — универсальный барабанщик, работающий в разнообразных жанрах. Ему одинаково интересно создавать монументальные грувы с пост-металлистами Cult Of Luna, а так же слышать, как оригинально обрабатывают его живые партии утончённые инди-рокеры Phoenix.
Томас живет в Умео, довольно отдаленном городке на севере Скандинавии. Он начал играть на барабанах в детстве, хотя в то время его больше интересовал спорт. Он обучался у того же преподавателя, что Дэвид Сандстрём из Refused и Морган Огрен. Томас гастролирует с 16 лет в рамках хардкор-сцены, а также со своей группой The Perishers.
Phoenix, Deportees, Cult of Luna, Khoma — команды, в которых можно слышать его игру на барабанах.

MD: Вы играете во многих группах, в очень разных стилях. Что является ключом к этой универсальности? Есть ли для вас что-то общее между стилями?

Томас: Во всех группах мне повезло играть с людьми, которым небезразлична партия барабанов. Они интересуются паттернами ударных и очень специфическими звуками. У меня есть собственный стиль, но у нас всегда своего рода сотрудничество. Конечный результат представляет собой баланс наших вкусов и мнений. Если и есть что-то общее во всех этих стилях, то я не знаю, как точно это описать. Для меня это не главное. Между группами, в которых я играю, есть много эстетических различий. Хотя ничего от джаза или чего-то подобного в них нет. Cult of Luna и Phoenix — это совсем разная музыка.

***

MD: Во всех ли этих группах вам предлагают идеи для барабанных партий?

Томас: С Phoenix дело обстоит так. В процессе записи четыре участника долго работают над отдельными дорожками или фрагментами и объединяют их в целые песни. Затем, после нескольких месяцев их работы, я прихожу в их парижскую студию, мы записываем барабаны и работаем с ними. Потом я возвращаюсь в Швецию. Позже я приезжаю еще раз и записываю барабаны, используя некоторые из их идей. Но я не знаю, что они делают с барабанами в дальнейшем процессе подготовки альбома. Это очень отличается от других групп, с которыми я работаю. Там я больше участвую в процессе создания аранжировки. В альбомах Phoenix звучит смесь моей игры на барабанах, запрограммированных ими ударных и просто частей моих паттернов или сэмплов. Но это круто, потому что мы отлично понимаем друг друга. Они программируют барабаны, думая о том, что я буду играть. Они угадывают, что бы я сделал, и мне всегда комфортно играть то, что они запрограммировали.

***

MD: Как вы работаете с Cult of Luna?

Томас: Гитаристы Йоханнес Перссон, Эрик Олофссон и Фредрик Килберг приходят с риффами и заготовленными частями песни. Они играют их, и мы вроде как джемуем. Мы импровизируем вокруг конкретного гитарного риффа, пытаясь найти удачные ходы.
Треки очень длинные. Основная задача состоит в том, чтобы сделать их похожими на песни, а не на разные длинные отрезки, склеенные друг с другом. На последнем альбоме Vertikal есть песня, которая длится двадцать минут. Было большой проблемой сделать так, чтобы это было похоже на одну песню, а не на пять. Я должен обращать внимание на динамику, а также проникаться настроением этой музыки. Например, с Phoenix или The Deportees, когда я исполняю трёхминутную песню, я совершенно по-другому думаю о том, как она развивается. Но в Cult of Luna мы можем позволить части длиться пять минут с очень небольшими изменениями. Речь идет о том, чтобы полностью проникнуться атмосферой их медленной музыки.

***

MD: Вы также играете в группах, которые более ориентированы на софт-поп — музыку в более легком стиле. Во многом вы напоминаете студийного барабанщика старой школы.

Томас: Я никогда не считал себя «студийным барабанщиком». Мне больше нравится быть в группе, участвовать в написании песен, в записи и гастрольном процессе. Но я записываю несколько альбомов каждый год с разными группами. Я считаю себя больше барабанщиком группы, потому что работаю только с друзьями. Я играл с большинством из групп в течение длительного времени.

***

MD: На концертах Phoenix вы играете столь же энергично, как и в Cult of Luna. Вы, кажется, не меняете свою подачу. Phoenix питается вашей энергией. Как вы применяете металлический подход к поп-музыке?

Томас: Мне кажется, Phoenix хочет, чтобы я играл тяжелее. Я вышел из панк-сцены. Долгое время играл в панк-группах, где весь смысл был в энергии на сцене. Думаю, этот подход остаётся со мной и сейчас. Перед шоу я делаю отжимания, чтобы получить выброс адреналина. Не имеет значения, в каком жанре сегодня предстоит играть. Я так готовлюсь. Мне это нужно, чтобы сосредоточиться и войти в правильное настроение. Конечно, в балладах я не буду играть агрессивно, но это мой способ подготовиться к выступлению.

***

MD: Как вы готовитесь к выступлениям на ТВ, например, Late Show With David Letterman. Подготовка отличается от того, что вы делаете перед концертом?

Томас: Телевизор странный. Я исполняю одну песню и уже устаю. Я концентрирую всю мою энергию в одной песне, и после неё я устаю почти так же, как после целого шоу. Ты отдаешь всего себя за три минуты. Это своего рода катарсис для меня. Я много занимаюсь спортом, ходил в футбольную школу. Поэтому для меня игра на барабанах и спорт всегда были связаны.
Мне нравится атлетический аспект игры на барабанах, хотя я прекрасно понимаю, что некоторые люди не согласятся, что это правильный подход. Но для меня это — эмоции, которые я могу получить, играя, и эмоции, которые мы можем разделить на сцене как группа. Мы можем создать что-то вместе — это самое главное. Я могу чувствовать себя очень счастливым от адреналина и потоотделения во время игры с упором на физику.
Это также может быть отличной психотерапией. Несколько лет назад я потерял маму. Меня терзали сомнения о том, сохраню ли я страсть к игре на барабанах. И в подобной игре я нашёл удивительный выход. Ударять во что-то изо всех сил в течение полутора часов каждую ночь — это очищает. Физическая сторона игры очень важна для меня в эмоциональном плане. Даже больше, чем сам стиль, в котором я играю.

***

MD: Выступая вживую с Phoenix, вы иногда дублируете запрограммированный бит?

Томас: На фонограмме, которую мы используем, есть некоторые перкуссионные элементы. В прошлом туре я не играл под плэйбэк, но в новом мы могли бы добавить клэп или что-то в этом роде. Мы уже использовали сэмлер MPC на концертах, но он оказался ненадёжным. В предстоящем туре мы будем использовать триггеры и компьютеры Roland.

***

MD: У Phoenix иногда трудно отличить запрограммированные ударные от живых. Запрограммированные барабаны звучат как вы.

Томас: Томас Марс, певец в Phoenix, который делает много основных паттернов на синтезаторе, был барабанщиком. Он создает партии ударных пальцами на клавиатуре, поэтому для игры из живьём иногда требуется больше рук, чем у меня. На этой записи я подыгрывал многим паттернам, которые сделал Томас. И моя игра на барабанах — это зачастую не просто два зацикленных такта. По сути это живая игра на барабанах. Мои дубли добавили органичности запрограммированным частям. И я не возражаю против того, чтобы мою игру нарезали, если песни нуждаются в этом. Но как барабанщику мне, очевидно, веселее, когда в продукте больше моего присутствия.

***

MD: Процесс записи отличался от того, что было на предыдущем альбоме группы, Wolfgang Amadeus Phoenix?

Томас: На последнем альбоме они зацикливали мою игру на барабанах, но я не знаю точно, в каких именно песнях. Если бы мы спросили их, они, вероятно, тоже не смогли бы ответить. Это хаотичный процесс записи. Очень часто они не помнят, кто на чем играл: гитары или бас. Они движимы конечным результатом, и не имеет значения, как они его достигнут. Никто не цепляется за то, что лично он играет. Они хотят сделать лучшее, на что способны.

***

MD: Когда ты начал играть на барабанах?

Томас: В десять лет. Тогда в Швеции в школе можно было брать один урок музыки в неделю. Мой учитель и я сосредоточились на рудиментах. А поскольку он был еще и академическим барабанщиком, мы работали над чтением нот и игрой маллетами на тональной перкуссии. Он также уделял внимание эмоциональной составляющей в игре на барабанах. В этом он был особенным. Благодаря ему я полюбил музыку. У Моргана Агрена и у меня был общий учитель — Горан Тельебек.

***

MD: Что ещё интересного можете рассказать о ваших занятиях с преподавателем?

Томас: Когда мне было четырнадцать, я хотел бросить играть на барабанах, потому что очень увлекался спортом. У меня не было времени практиковаться, и я не хотел делать домашнюю работу по игре на барабанах. Учитель рассердился и сказал: «Ты шутишь? Спорт по сравнению с музыкой — пустая трата времени». Иногда я жалею, что не был более амбициозен в игре на барабанах. Я просто играл для удовольствия. Но когда в пятнадцать лет у меня появилась первая ударная установка, я играл каждый вечер. В основном под музыку. После этого я перестал брать уроки. Но именно тогда я начал много играть в группах. С тех пор Горан следит за мной. Это забавно.

***

MD: Кто из барабанщиков были твоими героями?

Томас: Я слушал много jazz fusion. Вы должны слушать и играть такую музыку, если хотите продвинуться в изучении ударных. Но я также слушал Rage Against the Machine и хардкор-панк. В подростковом возрасте одним из значимых барабанщиков для меня был Уильям Кеннеди из Yellowjackets. Я до сих пор использую его паттерны хай-хэта и его манеру игры на райде. Или, по крайней мере, стараюсь. Мне нравится их альбом Politics. Я подыгрывал их песням, когда был подростком. Также я любил Nirvana и Metallica. На меня влияло много разной музыки.

***

MD: Над чем ты сейчас работаешь во время занятий?

Томас: Я подыгрываю таким записям, как «BLACKsummers’night» Maxwell с Крисом Дэйвом. Я стараюсь не отставать. У меня есть разминка. Я беру тренировочный пэд, наушники и играю разные рудименты под музыку.
Мне нужно долго разогреваться перед выходом на сцену — хотя бы час. Я импровизирую, играю парадидлы и одиночные удары. Не очень систематично, просто пытаюсь расслабиться и разогнать кровь.

***

MD: Какой совет вы можете дать барабанщикам, которые хотели бы быть такими же универсальными и играть в таком же количестве музыкальных стилей, как и вы?

Томас: Просто найдите хороших людей, с которыми можно поиграть. Это было ключевым для меня. Мне повезло с самого начала работать с людьми, с которыми я люблю играть музыку. Но что касается игры на барабанах, будьте открыты для получения вдохновения из множества различных жанров. Не думайте слишком много о том, что говорят посторонние люди. В какой-то момент я совершил ошибку, прочитав комментарии на YouTube о выступлениях Phoenix. Там люди хейтили мою игру на барабанах. Мне было трудно с этим справиться. Вы можете стремиться угодить максимальному количеству людей, но всё равно не всем будете нравиться.
Для меня просто влиять на кого-то каким-то образом — лучше, чем ничего. Пусть лучше кто-то ненавидит меня, чем не обращает внимания. Когда всем всё равно, вероятно, я был слишком осторожен и недостаточно выкладывался. Опирайтесь на то, кто вы есть, и оставайтесь собой. Возможность выбирать — это очень полезно. Вы никогда об этом не пожалеете. Но если вы слишком часто приспосабливаетесь или следуете за мнением других, вы можете потерять себя.

thomas hedlund


К списку статей